Новости

Отказ России от Римского статута Международного уголовного суда – не спонтанная реакция, а результат совместной плановой работы судебных и иных государственных органов

Комментарий эксперта:

И.Ю Белый, профессор кафедры гражданского

права Военного университета, доктор юридических наук, доцент

Президент Российской Федерации В.В. Путин подписал распоряжение, согласно которому Россия отказывается от  Римского статута Международного уголовного суда (МУС). Хочу сразу отметить, что поручение  президента является не спонтанной реакцией на действия прокурора МУС Фату Бенсуда, которая  в своем ежегодном отчете 14 ноября 2016 г. назвала факт вхождения Крыма в состав России в 2014 г. «равнозначным международному вооруженному конфликту» между Украиной и Россией. Это  результат планово и тщательно проработанного  предложения Минюста России, согласованного с МИДом России,   Верховным Судом Российской Федерации,  другими ведомствами.

Следует напомнить, что Российская Федерация подписала Статут Международного уголовного суда еще 13 сентября 2001 г., в ходе сессии Генеральной Ассамблеи ООН. С того момента шла практическая работа по подготовке процесса ратификации и имплементации Римского статута. Непосредственно обязанности (и права) нашего государства как участника Римского статута могли возникнуть, как это предусматривается Федеральным законом «О международных договорах Российской Федерации» от 15 июля 1995 г., либо после его ратификации, либо после присоединения к Статуту МУС. Однако Российская Федерация так и не стала полноправным государством – участником  Статута, так как ни одно из предусмотренных Уставом МУС условий – ратификация, принятие или утверждение – не было исполнено.

Важно отметить, что сам Римский статут разрабатывался при участии России, которая одной из первых подписала этот документ. Суд создавался для осуществления эффективного уголовного правосудия от имени всего мирового сообщества в отношении лиц, виновных в совершении самых тяжких преступлений: геноцида, агрессии, преступлений против человечности и военных преступлений.

Также важно, что Российская Федерация исходила из того обстоятельства, что Международный уголовный суд в перспективе должен стать важнейшим институтом современного международного уголовного права, так как впервые в истории мировое сообщество создало постоянно действующий международный орган уголовного правосудия для судебного преследования лиц, совершивших наиболее тяжкие преступления. В производстве Международного уголовного суда находится десять ситуаций (расследований), в предварительной оценке Канцелярия прокурора изучает еще 12 дел.

В настоящее время не только Россия, но и еще 70 государств – членов ООН, включая США и Китай (постоянные члены Совета Безопасности ООН), а также Израиль, Саудовскую Аравию, Индию и Иран, не присоединились к МУС. В свою очередь,  государства-участники и не участники Римского статута в вопросах взаимодействия с судом действуют по-разному.

Заслуживает внимания ситуация, возникшая после 4 марта 2009 г., когда по запросу Прокурора МУС суд выдал ордер на арест президента Судана. Но  выданный Палатой предварительного производства МУС ордер на арест действующего президента страны Омара Аль-Башира не был исполнен ни властями Судана, ни компетентными органами других стран, так как в сложившейся ситуации проблема заключалась в том, что не до конца был ясен и проработан механизм его исполнения.

Правительство самого Судана, на которого были возложены обязательства по сотрудничеству с МУС, заявило, что не намерено арестовывать Аль-Башира, хотя Прокурор МУС полагал, что правительство Судана  как «государства территориальной юрисдикции, несет непосредственную ответственность за исполнение распоряжений МУС».

Другие государства, куда совершал визиты Аль-Башир (Малави, Кения, Джибути, Чад, Катар), не приняли во внимание ордер МУС и не арестовали подозреваемого, хотя являлись участниками Римского статута.

Государства, не являющиеся участниками Римского статута, тем более не исполнили ордер МУС на арест Аль-Башира, хотя резолюция Совета Безопасности ООН призывала их к сотрудничеству в этом вопросе, а Прокурор МУС напоминал государствам о важности сотрудничества с международным сообществом и о необходимости ареста обвиняемых, в том числе  президента Судана. В этой связи 30 июня 2011 г. Верховный комиссар ООН по правам человека Нави Пиллэй выразила сожаление по поводу того, что власти Китая не арестовали президента Судана Омара Аль-Башира во время его визита в эту страну, и отметила, что таким образом Китай нарушил свои международные обязательства – бороться с безнаказанностью и добиваться привлечения к ответственности лиц, обвиняемых в военных преступлениях и преступлениях против человечности.  Однако официальный Пекин напомнил, что имеет серьезные оговорки к решению об аресте главы суданского государства.

В 2015 г. официальный представитель МУС Фади Эль-Абдалла в Брюсселе заявил, что «Международный уголовный суд не может открыть по обращению Украины уголовное дело относительно незаконной аннексии Крыма Россией», но, по его словам, «с 2017 года МУС может получить новую функцию – рассматривать дела, связанные с актами агрессии, среди которых –  аннексия».

И здесь дело не только в смещении «географии» дел Международного уголовного суда (традиционно МУС рассматривал дела в Африке, теперь к ним добавилось дело по Грузии, а также предварительное изучение ситуации на Украине), но и в явном превышении компетенции самого прокурора  МУС, дающего самостоятельное, без решения Совета Безопасности ООН, заключение о наличии в тех или иных событиях вооруженного конфликта международного характера, указывая при этом, без окончания расследования и приговора Суда, на виновную сторону. Материалы отчета прокурора МУС по Украине,   а также решения по Грузии, как отмечают исследователи, «не выглядят попыткой объективного прояснения ситуации и наказания виновных за военные преступления… На непредвзятость Уголовного суда…  надеяться не приходится».

Да, Украина не является государством – участником  Международного уголовного суда. Однако в соответствии с двумя декларациями Верховной Рады, поданными правительством Украины 17 апреля 2014 г. и 8 сентября 2015 г. в соответствии с положениями ст. 12 (3) Римского статута, Суд может осуществить юрисдикцию в отношении подпадающих под действие Римского статута преступлений, совершенных на территории Украины в период с 21 ноября 2013 г. В апреле 2014 г. прокурор МУС начал изучение ситуации. По итогам рассмотрения в сентябре 2015 г. второго заявления правительства Украины о принятии юрисдикции МУС в отношении предполагаемых преступлений, совершенных на ее территории с 20 февраля 2014 г., прокурор МУС принял решение о расширении временных рамок событий и продлении сроков изучения «ситуации на Украине».

Российская Федерация последовательно выступает за поддержание международного мира и безопасности, упрочение норм и принципов международного права в современных международных отношениях. Это отражено в каждой из концепций внешней политики Российской Федерации.  С точки зрения отдельных экспертов, Россия в связи с отзывом своей подписи  на международной арене не сможет принять в рамках МУС участие по наделению Международного уголовного суда компетенцией в отношении преступлений терроризма, а также улучшить свой международный имидж и отношения с соседними странами. Однако важнее здесь то, что отзыв подписи показывает – для России защита национальной безопасности государства является абсолютным приоритетом, который не может быть поставлен под сомнение деятельностью Международного уголовного суда.

Другое дело, что возникает вопрос о перспективах сотрудничества Российской Федерации и Международного уголовного суда. Конечно, вопросы возможной ратификации Российской Федерацией Римского статута МУС имели ряд проблем правового, организационно-финансового, имплементационного характера.  Тем не менее, в целях реализации государственного суверенитета в уголовно-правовой сфере  представляется целесообразным продолжить работу по изменению действующего законодательства России (уголовное, уголовно-процессуальное, уголовно-исполнительное). Несоответствия законодательства Российской Федерации (как конституционного, так и отраслевого характера) положениям Римского статута, а также отзыв подписи Российской Федерации от Устава МУС актуализируют необходимость рассмотрения и альтернативного варианта – возможности принятия специального закона о сотрудничестве с МУС. В таком случае  имплементации Устава МУС не потребуется, поскольку принятый нормативный правовой акт будет регулировать специфические вопросы взаимодействия компетентных органов Российской Федерации при осуществлении уголовного преследования Международным уголовным судом.

Изложенные подходы к сопряжению национального и международного законодательства о международных уголовных расследованиях являются в настоящее время одним из приоритетных направлений исследований в сфере военного права.

Вестник военного права